За несколько месяцев до школьного благотворительного бала в воздухе уже витало странное напряжение. Оно копилось исподволь, в разговорах на школьном пороге, в многозначительных паузах на родительских собраниях, в слишком пристальных взглядах, которыми обменивались взрослые, пока их дети резвились на площадке. Пять, казалось бы, совершенно разных семей, объединенных лишь тем, что их отпрыски сидели за одной партой или дружили с первого класса.
Семья Архиповых, новые деньги и показная роскошь, только что переехала в элитный коттеджный поселок. Глава семьи, Дмитрий, настойчиво искал влиятельных знакомств, а его жена, Алиса, с холодной улыбкой пыталась втереться в доверие к «старой гвардии» родительского комитета. Их сын, Егор, был дерзким и избалованным, мгновенно став центром внимания и источником конфликтов в классе.
Рядом с ними — семья Ветровых, потомственная интеллигенция, чей статус в городе был незыблем, но финансовые дела пошатнулись. Ольга Ветрова, искусствовед, с легким презрением наблюдала за попытками новичков купить себе положение. Ее муж, Антон, тихий ученый, все чаще засиживался в кабинете с мрачным видом. Их дочь, Софья, лучшая подруга Егора, стала невольным мостом между двумя мирами.
Третья ячейка общества — семья Ковалевых, владельцы скромной, но процветающей сети пекарен. Они были душой родительского коллектива, всегда готовые помочь с выпечкой на праздники. Но за улыбками супругов Марины и Игоря скрывалась усталость и какая-то тайна, связанная с крупным кредитом, который они недавно взяли.
Четвертые — одинокая мать-одиночка, Лидия Соколова, работающая на двух работах, чтобы дать образование сыну Артему. Мальчик был тихим и замкнутым, предметом насмешек со стороны Егора. Лидия, всегда с опущенными глазами, однажды не выдержала и устроила скандал Дмитрию Архипову на глазах у всех, после чего между ними возникла ледяная вражда.
И, наконец, пожилые супруги Волковы, воспитывающие внучку Настю. Дедушка, отставной полковник, был человеком строгих правил, а бабушка, бывшая библиотекарша, знала, казалось, все сплетни района. Они наблюдали за всеми с балкона своей квартиры, выходившей прямо на школьный двор, и их знания о соседях были пугающе глубоки.
Месяцы текли, сплетни плелись, а долгожданный бал приближался. Каждая семья готовилась к нему, преследуя свои скрытые цели: кто-то жаждал признания, кто-то — выгодной сделки, кто-то — просто пережить этот вечер. Общей была лишь нарастающая тревога, чувство, что что-то должно случиться.
И оно случилось. В разгар вечера, среди блеска огней и звуков оркестра, в заброшенном кабинете музыки на втором этаже нашли тело. Лицо было обезображено, карманы пусты, никаких документов. Только дорогой запонок особой формы, зажатый в мертвой ладони — деталь, которая связала всех пятерых присутствовавших на балу взрослых из этих семей в тугой, нераспутываемый узел. Каждый узнал эту вещь, но никто не спешил говорить, откуда. Убийство было лишь финальным аккордом симфонии, которую они все вместе, сами того не желая, сочиняли все эти долгие месяцы.
